– Слушай, а ты-то как попал в эту компанию?

– Мы с Дуитом росли в одном дворе; он часто меня приглашает, – гориллоид отхлебнул пива и вполголоса добавил: – Кроме того, время от времени он знакомит со мной тех, кому требуется профессиональная помощь каюкера, за определённый гонорар, естественно.

– А, вот в чём дело…

Оркестр снова заиграл. Громила поморщился:

– Одно только мне здесь не нравится: музыка. Старина Дуит считает почему-то, что если ты обезьянец, то должен уважать джаз.

– А ты бы, конечно, предпочёл зонг?

– Ну да, ты же знаешь мои пристрастия…

– А вам нравится джаз, господин де Камбюрадо?

– Я предпочитаю классику, – пожал плечами павиан. – Скрипичный концерт ре минор – для меня самое то. А под эти синкопы так и хочется продемонстрировать кому-нибудь афедрон, извините за выражение.

– Да вы не стесняйтесь, Морш! Здесь вас вполне поймут! – загоготал подошедший хозяин.

– Беда в том, что, один раз начав, трудно остановиться, – усмехнулся павиан. – А мне моя карьера пока что дорога.

– Ну, как угодно. Слушай, Гро, вам что-нибудь нужно?

– Сухое полотенце, бутылочку рома и спокойное место, где мы могли бы побеседовать.

– Нет ничего проще. Идите по коридору, там есть несколько свободных комнат. Только не занимайте ту, где кровать с балдахином; она мне вскоре понадобится.

– Спасибо, господин Лопа. Я непременно возмещу вам…

– Да это пустяки! – здоровяк махнул лапой. – И называйте меня Дуит, старина! Лучше просто Ду. Мой скромный гадюшник в вашем распоряжении, ребята! А сейчас прошу меня извинить… – И он, приобняв за талию проходившую мимо гориллессу, с ходу увлёк её за собой, нежно нашептывая что-то на ухо.

Дама захохотала и отвесила ему звонкий шлепок нижней конечностью.

– Знаешь, глядя на обезьянцев, очень остро понимаешь, чего так не хватает нам, людям, – вздохнул Иннот.

– Животной непосредственности, – ухмыльнулся Громила.